Пенсию лучше всего получать в отделениях «Укрпочты»

ВСУ усложнил выдачу денег с пенсионных счетов

Соцвыплату признали банковским вкладом со всеми вытекающими последствиями

Верховный суд закрепил юридический статус пенсий в Украине. Рассматривая дело №6-535цс15, ВСУ постановил: после зачисления денег на счет пенсионера — это банковский вклад.

«Установлена правовая природа денег при выплате пенсий. После поступления на счет они переходят в собственность его владельца. И тот в соответствии с заключенным с банком договором имеет исключительное право на распоряжение поступившими средствами. При этом пенсии, социальные выплаты, после зачисления на счет получателя теряют свой целевой статус (пенсии) и приобретают статус вклада», — детализировал управляющий партнер юрфирмы «Можаев и Партнеры» Михаил Можаев.

На практике из этого можно сделать три вывода. Первый — положительный: пожилым людям не смогут отказать в выплате компенсаций, если их банк попадет в группу проблемных. Если это вклад, то человек имеет право на выплату из Фонда гарантирования вкладов физлиц до 200 тыс. грн. Нельзя будет назвать это соцвыплатой и отказать в компенсации. На нее имеет право либо сам владелец пенсионного счета, либо его наследники в случае смерти пенсионера. После подачи в Фонд гарантирования документов, подтверждающих право наследования.

Второй момент коснется банков: после того, как стала четко ясна природа пенсионных перечислений, на них придется начислять проценты. Неважно, сколько времени деньги пробыли на счете: несколько дней или лежали там годами. И юристы уже увидели здесь повод для множества судебных споров.

«Этот нюанс породит между сторонами депозитного договора массу вопросов, связанных с условиями обслуживания такого депозита. Какой будет процент? Каков срок размещения средств, санкции и т.п. Поэтому, чтобы добиться от банка каких-либо дополнительных выплат держателю подобного «депозита» необходимо будет доказывать применение каких-то средних показателей или же показателей НБУ, например, учетной ставки, к подобным правоотношениям и начислению процентов. Со стороны банков может возникнуть прямой отказ в их доначислении, так как между сторонами не заключен депозитный договор с конкретными условиями. В итоге все окажутся в суде», — уверен Михаил Можаев.

Третий вывод из решения ВСУ касается выдачи средств. И уже не самим пенсионерам, а их наследникам, которые будут претендовать на деньги после смерти владельцев счета. Им заметно усложнили задачу. «По общему правилу пенсия, которая принадлежала пенсионеру, но не была им получена в связи со смертью, должна быть выплачена членам его семьи, которые совместно с ним проживали. Однако, еще в 1999 году Кабмин определил порядок выплаты пенсий через текущие счета пенсионеров в банках. Этот порядок предусматривает, что пенсия выплачивается членам семьи умершего пенсионера, если она не была зачислена на его текущий счет в банке. При этом, правительство оставило без внимания вопрос, как следует поступить с пенсией, если она все же была зачислена, но не получена пенсионером. Этой лазейкой активно пользуются банки и отказывают родственникам умерших пенсионеров в выдаче пенсии немедленно после смерти пенсионера», — объяснил проблему старший юрист ЮК Prove Group Антон Каганец.

Российское законодательство не знает понятия «специальная операция»

Поговорим о довольно важном, на мой взгляд, и таком долгоиграющем сюжете. Нам много с вами предстоит об этом думать в дальнейшем, много разговаривать и часто с этим встречаться. Я имею в виду опубликованный на этой неделе указ президента «О внесении изменений в перечень сведений, отнесенных к государственной тайне». Да, вот такое у него довольно сухое и неинтересное название, а указ, тем не менее, в высшей степени увлекательный. 28 мая 15-го года он был подписан.

И, собственно, все разговоры вокруг него по поводу первого пункта этого указа. Он предлагает в перечень сведений, которые составляют государственную тайну, отнести сведения, раскрывающие потери личного состава в военное время и в мирное время в период проведения специальных операций.

Это интересный очень текст. С одной стороны, он совершенно отчетливо соответствует общей политике, которую российское руководство ведет в последнее время. Он, конечно, непосредственно связан с войной на территории Украины, которую ведут российские военнослужащие. За судьбой двоих из этих военнослужащих мы сейчас с вами наблюдаем.

Вот здесь один из слушателей прислал мне вопрос, что, дескать, как-то вот так и осталось слово против слова. «Соловьев говорит «нет», а вы говорите «да». Соловьев говорит: они, нет, не служащие. А вы говорите: да, они служащие». Послушайте, так это не я говорю, это они говорят. И они это говорят в камеру телевизионную, и они всячески на этом настаивают. И вот сейчас, когда началось следствие уже такое активное, и когда приближается суд, появились адвокаты, они каждый день будут на этом настаивать все больше и больше, потому что им важно в этой ситуации сохранить статус военнопленных и доказать, что они, да, действительно являются военнослужащими. А Российская Федерация будет последовательно от них отказываться из своих, так сказать, сиюминутных политических целей, последовательно осложняя их ситуацию и ставя их под угрозу очень большого тюремного срока и очень тяжелого уголовного наказания. Потому что, как мы с вами понимаем, если они не военнослужащие, то, значит, они террористы с точки зрения украинского, да и вообще любого другого закона. Если они не военнослужащие, как они там оказались на чужой территории с оружием в руках?

Разумеется, комментарии, которые сопровождали расширение вот этого самого перечня сведений, отнесенных к государственной тайне, они традиционно говорили нам о том, если послушать всяких чиновников из Министерства обороны, депутатов из Думы, сотрудников Администрации президента и всяких прочих, ну, основной аргумент: ну как же? В цивилизованных странах тоже так. Это вранье, в цивилизованных странах прямо наоборот.

Дело в том, что информация о потерях и в военное, и в мирное время – это краеугольный камень всей системы ответственности военного руководства и военного командования. Потому что совершенно очевидно, что для того, чтобы кто-то был потерян, чтобы какой-то военный, какой-то солдат оказался убитым, для этого кто-то должен его потерять, для этого кто-то из его руководства, из его командования, для этого кто-то из офицеров, для этого кто-то из командиров, для этого политическое руководство страны должно было загнать его в эту ситуацию. И оно, конечно, несет ответственность. Политики должны нести ответственность перед избирателем, и уж точно они должны нести ответственность за жизнь граждан.